— Смотри, какие некрасивые крыши у этих домов: серый шифер, рассохшиеся стропила.
— Да, согласен. Я хочу красивую черепичную крышу.
— Да, черепица лучше.
— Вот там будет мой дом, и я построю очень красивую крышу.
— Ну, ты фантазер! Как же ты построишь крышу, если там даже стен нет.
— Я построю стены.
— Ха-ха-ха! Ты совсем без мозгов? Как можно построить стены без фундамента! Я даже не спрашиваю — как. Я утверждаю: это невозможно.
— Я залью фундамент.
— Ну, ты совсем дебил! Кто же заливает фундамент на ровном месте!
— Я выкопаю траншеи по периметру.
— Тоже мне землекоп нашелся! Ты лопату в руках когда-нибудь держал? Знаешь, сколько пахать тут надо!
— Ты мне поможешь? Я принесу тебе лопату.
— Нет уж! Давай вернемся к нашей теме. Видишь, какая некрасивая на этом доме крыша!
"Вот так со мной разговаривают некоторые умники и эстеты", — пишет в своем блоге в Фейсбуке Владимир Мацкевич:
— Какой в стране колхозный президент!
— Да, согласен. Давай поменяем!
— Да как же ты поменяешь, если мы идем на выборы, а их фальсифицирует Ермошина!
— Давай поменяем Ермошину.
— Да как же ты ее поменяешь, если она регистрирует кандидатов и организует выборы, а потом их фальсифицирует?
— Так не участвуйте в этих выборах.
— Ты совсем с ума сошел? Как же в них не участвовать, если мы хотим поменять президента!
— Так пока вы участвуете в выборах, которые фальсифицирует Ермошина, вы не поменяете президента, ведь она выбирает президента, а он назначает ее.
...
— Не дури голову, давай вернемся к нашей теме! Какой у нас плохой президент.
P.S. Все, ну или многие, хотят сменить крышу, поменять режим. Но в одно действие. Зрабіць заяву. Выйсці на Плошчу. Чудом выиграть "выборы". Подбухторить Путина, чтоб назначил нового. Даже войти в состав России и навсегда избавиться от всяких собственных президентов и режимов. Там в Москве много умников, вот пусть они про нас думают и за нас решают.
Любые предложения рассматриваются по образцу "золотого ключика", или победного хода, которым ставится мат в шахматах.
И если видят, что к "золотому ключика" нет замочной скважины — потому что сначала нужно найти дом, потом сорвать занавеску, потом только станет видна дверца, на которой еще нужно найти замочную скважину, а еще и замок, скорее всего, заржавевший, — то нет.
Нам такое не подходит.
И если до того, как последним ходом объявить шах и мат, нужно сделать десятки ходов, вспомнить дебютную стратегию, а то и, не дай бог, гамбитную, с жертвами, решить по ходу игры несколько сложных комбинационных задач, то — снова нет.
Нам это не подходит!
Тут же работать надо.
А еще — и думать.
А мы хотим сегодня, мы хотим сейчас.