Андрей Егоров: Режиму нужно от Запада только одно — отмена санкций
Точечные освобождения политзаключенных рассчитаны на реакцию западных стран, заявил "Беларусскому партизану" политолог Андрей Егоров.
— Дело PandaDoc закрыто, его последний фигурант был освобожден на днях. Почему это произошло, ведь недавно негативно о руководстве компании высказывался сам Лукашенко?
— Запущены процессы, связанные с попытками беларусского режима хоть как-то смягчить реакцию Запада. Мы знаем, что уже довольно давно политзаключенным предлагают писать прошения о помиловании, обещая освобождение. Теперь мы видим некоторые результаты этой кампании.
Нам еще предстоит увидеть, удалось ли режиму добиться согласия написания прошений от многих политзаключенных и насколько масштабным окажется процесс по их освобождению.
Пока же точечные освобождения направлены на изучение общественной и международной реакции.
Но не думаю, что режиму удастся что-то протестировать таким образом. При таком огромном количестве политзаключенных Запад ожидает масштабной политической амнистии.
— Чего именно режим хочет добиться в отношениях с Западом?
— Это лежит на поверхности: снятия санкций. Больше ему ничего не нужно. Ни расширения сотрудничества, ни помощи, ни чего-то другого режим в этих обстоятельствах не хочет.
— Но, как можно понять, вы считаете, что точечными освобождениями политзаключенных изменить позицию западных стран режим не сможет.
— В текущем периоде — нет. Но если эта ситуация продлится два-три-четыре года, когда в беларусских тюрьмах будет находиться несколько сотен политзаключенных (часть из них уже отбудет свой срок), когда эта ситуация затянется, то тогда возможен вариант достаточно циничной сделки Запада с Лукашенко. Как это уже бывало раньше.
Это будет сценарием "азербайджанизации" отношений ЕС и Беларуси, когда ради геополитических или экономических (как в случае с Азербайджаном) интересов Запад закрывает глаза на ситуацию с правами человека.
Но все же это достаточно маловероятный сценарий с учетом истории отношений ЕС и Беларуси.
— Сотрудников "Пресс-клуба" освободили после прошения о помиловании и "компенсации ущерба". Стоит ли из этого делать вывод, что только при двух этих условиях режим готов выпускать из тюрьмы?
— "Компенсация ущерба" — факультативный элемент. Понятно, что многие люди просто не имеют возможности компенсировать фиктивный ущерб.
Главное для режима — прошение о помиловании, где политзаключенные признают свою вину и таким образом символически признают правоту действий этого самого режима. Режим хочет использовать эти прошения для деморализации общества и самих политзаключенных.
— Раз начались точечные освобождения политзаключенных, то значит ли это, что режим снизит градус репрессий?
— Не значит. Думаю, что нет какого-то генерального подхода к управлению ситуацией с репрессиями. Различные ведомства и структуры действуют в своей логике решений.
С одной стороны, работа репрессивной машины продолжается, с другой — режим пытается искать примирительные ходы. И пока это происходит параллельно. Посадили журналистов БелаПАН — выпустили их коллег по цеху сотрудников "Пресс-клуба".
— Когда, на ваш взгляд, пройдет пик репрессий?
— Думаю, он уже пройден. Наверное, пик репрессий пришелся на весну-лето с символическими пиками в виде закрытия ТUТ.ВY и погрома гражданского общества.
Режим наращивал репрессивное давление с осени-зимы и дошел до проведения рейдов по многоэтажным домам, когда силовики в случайном порядке входили в квартиры, находили там бело-красно-белый флаг и сажали людей только за это.
Вот это был пик, когда произошла интервенция буквально в частную жизнь граждан. Сейчас мы видим продолжение работы запущенного механизма.
— Как долго это еще может продолжаться?
— До момента, когда режим приобретет уверенность, что ситуация полностью находится под его контролем. До субъективного чувства уверенности и первого лица, и контролирующей власть группировки, и обсуживающего репрессии административного аппарата.
Ну или до момента, когда мы побеждаем.