Оксана Шелест: Ощущение двух последних недель, окончательно закрепившееся вчера.
Беларусы вышли на улицы, чтобы показать действующей власти, что они есть. Власти, которая 26 лет делает вид, что в стране есть только она и такие, как она. Поначалу это была в чистом виде демонстрация — вот, я есть, и меня больше нельзя не замечать.
Но, выйдя продемонстрировать свое существование действующей власти, мы вдруг увидели друг друга. Сколько нас, какие мы, на что мы способны. Увидели, что МЫ есть, и это на сегодняшний день главное достижение этого года.
И было у меня странное ощущение, что я про это где-то читала уже, пока не вспомнила, едва ли не самый любимый мой фрагмент из "Вызывающего молчания" (Владимир Мацкевич, 2000):
"Я о том, что если хотите людьми зваться и быть ими, не смотритесь в глаза Лукашенко, неадекватно вы там отражаетесь. Химеры и монстры отравленного идеологией сознания там отражаются. Там вы так отражаетесь, что вас мама родная не узнает. А уж действия ваши как отражаются — "свиржения" и покушения, вот как отражаются ваши действия. Вы туда смотритесь и видите себя пачварами. Отсюда и терзания ваши, жалость к самим себе и неверие.
<...>
Не врал Маркс, когда говорил, что Павел, всматриваясь в Петра, видит себя человеком, извратил только все чудовищно диалектически. Ведь Петр сначала в Его глазах стал человеком, потому и на мир смог смотреть по-человечески. Потом научил Он Петра улавливать человеков. Да Петр, он, если хотите, в каждом из нас способен усмотреть человека, на то он и Петр. И заглянуть бы каждому из 6 миллиардов в глаза Петру, и увидел бы каждый там человека, себя увидел бы, настоящего, а не пачвару и химеру, как бы гордо это ни звучало у некоторых пролетарских писателей. Вот куда смотреть надо.
<...>
Для чего, вы думаете, мы сгрудились по эту сторону баррикады? А для этого и сгрудились. Какого хрена вы на площадь Бангалор таскаетесь? Луку скинуть? Размечтались, не так это делается. Я-то думал, что вы ходите туда людей посмотреть и себя человеком показать? В глаза посмотреть, человек — человеку. Вот это было бы дело!
Тогда бы мы поняли, что нет среди нас Петра и Павла с полномочиями заглядывать в глаза 6 000 000 000. А вот вглядеться в глаза 0,5175% не от 6 миллиардов, но только от 10 миллионов — совсем другое дело. И я среди вас. И я, без полномочий и без харизмы, совсем не много на себя беру.
Ведь должен же кто-то взять на себя простую функцию минимальной организации.
Просто громко спросить:
— Ну что вы сгрудились как бессмысленная толпа?
Потом сказать:
— Разбейтесь на пары и загляните в глаза друг другу!
Потом опять спросить:
— Видите свое отражение? Видите себя людьми в глазах человеков? Видите, что вы не адшчапенцы?
Когда все ответят: "Видим!", продолжить:
"А теперь расскажите друг другу, что вы видите. Ведь это так интересно, так важно, что такое человек глазами человека. Не стесняйтесь сказать обо всем хорошем, что вы увидите. Это не будет хвастовством, это не будет лестью. Ведь вы рассказываете только о том, что видите в глазах другого".
Когда все расскажут это всем и друг другу, снова спросить:
— А что могут те, о ком вы только что так хорошо рассказывали?
И когда все скажут:
— О, многое могут! Эти на многое способны, да такие орлы..."