👉🏿 Собеседники "Ъ" отмечают, что в проведении подобного масштабного опроса должна участвовать целая команда социологов, работающих в разных регионах и владеющих методами сбора и обработки информации.
Однако крупные учреждения, имеющие такую ресурсную сеть, например, Института социологии НАН Беларуси или Центр политических и социальных исследований БГУ, к работе официально не привлекались.
Можно предположить, что у созданного в 2003 году частного беларусского Аналитического центра ЕсооМ сеть таких специалистов по всей стране есть. Во всяком случае, накануне президентских "выборов" именно этот центр активно публикует данные предвыборных опросов, а затем и экзитполов, согласно которым Лукашенко всегда стабильно набирает не менее 70% голосов. Правда, в периоды между "выборами" данные исследований центра фактически не появляются в СМИ, а собственный сайт центра в поисковиках найти невозможно.
"Исполнитель не назывался до сегодняшнего дня, и в итоге ни одна из пользующихся доверием служб его не проводила. Но ведь социологическое исследование — это не расследование и не спецоперация", — удивляется старший аналитик Центра европейской трансформации, кандидат социологических наук Оксана Шелест.
"Сама методология исследования, как она описана, выглядит избыточной и странной, — отметила социолог в беседе с "Ъ". — Во-первых, "для пилотажа" проводился телефонный опрос, но я слышу о таком впервые: телефонные и очные опросы — это разные методики. Во-вторых, неясно, зачем опрашивать 10 тыс. человек, когда обычно для Беларуси репрезентативной выборкой является выборка в 1-1,5 тыс. человек. Увеличение объема выборки могло бы повысить качество результатов при соблюдении методических требований, если бы у команды был серьезный исследовательский ресурс, но в социологических кругах о проведении опроса никто не слышал. В-третьих, указывается, что опрос проводился, с одной стороны — по территориальному признаку, с другой стороны — по каким-то категориям и на предприятиях, но не указано, проводились ли опросы по месту жительства. Все это не складывается в единую картину, и непонятно, как методически эти отдельные опросы могут друг друга дополнять. В-четвертых, после появления новостей об "исследовании" в СМИ, в телеграм-каналах беларусы стали делиться анкетами, которые им выдавали по месту работы, т.е. с использованием административного ресурса. Неясно, проводили ли опрос люди, которые могут соблюсти все методические требования выборки во всех округах страны, это загадка. Нормальные квалифицированные опросные сети строятся годами".
"Доступные сейчас в сети результаты "исследования" ставят больше вопросов, нежели дают какую-то внятную информацию", — согласен бывший директор Института социологии НАН Беларуси Геннадий Коршунов (эту должность он оставил в сентябре прошлого года).
"Конечно, первый вопрос о том, зачем надо было опрашивать почти 10 тыс. человек? Это и дорого, и долго. Если их действительно опросили меньше чем за четыре недели, в которые вошли и телефонный опрос, и опрос "экономически активного населения", и опрос второго этапа — это просто феерический успех. Особенно в условиях морозов, COVID-19 и политической нестабильности. Наконец, через три дня после окончания сбора первичной информации рабочая группа завершила ввод данных, сформировала базу, проверила ее, а потом смогла выдать всю необходимую информацию. Просто небывалая скорость, большие молодцы", — заявил собеседник "Ъ".
"Достаточно ново и интересно, как на практике сочетали две разные методики — анкетный опрос и интервью на планшете, а также насколько правомерно делать пилотаж вопросов для анкетного опроса с помощью "телефонника", — отметил Геннадий Коршунов.
По словам исследователя, учитывая, что в "исследование" было вложено столько средств и поддержки на высшем уровне, профессиональное сообществе ожидает "нормальную полноценную презентацию такого большого и значимого для общества исследования — с полными формулировками вопросов, со всем спектром вариантов ответов, с распределениями ответивших и затруднившихся". 👉🏿